babiyar_zapoved (babiyar_zapoved) wrote,
babiyar_zapoved
babiyar_zapoved

Бабий Яр-1966: как это было

Беседа с кинорежиссером Рафаилом Нахмановичем для интернет-издания MAIDAN.ORG.UA от 28.09.200 г.

– К нам пришла подруга моей жены и рассказала, что молодые еврейские ребята собираются отметить годовщину расстрела в Бабьем Яру. Я на второй день попросил ее связать меня с инициатором этого дела. Их, ребят, было несколько, но главным закоперщиком был один парень… Я о нем еще скажу. Ну, первым делом я пошел к Некрасову Виктору Платоновичу и рассказал ему об этом. Он, конечно, зажегся, поскольку эта тема – того, что делалось Советской властью в Бабьем Яру – очень его волновала. Вы слышали стихотворение Евтушенко «Над Бабьим Яром памятников нет»? Так это Некрасов привез Евтушенко в Киев, повел его туда, и после этого Евтушенко написал это стихотворение, я считаю, одно из лучших у него. Так вот, Некрасов подошел к телефону, который висел у них в квартире на стене – это еще были такие аппараты настенные, и стал звонить в Киев, в Москву, по-моему, даже в Ленинград. И всем говорил: «29-го хочу тебя видеть рядом с собой». С этого началось. После этого он рассказал Дзюбе, рассказал еще ряду украинских поэтов. А 29-го была еще годовщина смерти Грушевского, и поэтому они собирались на могилу на Байковом. И вся эта компания 29-го пришла на Бабий Яр. А потом прямо оттуда поехали на Байковое кладбище и возложили цветы к могиле Грушевского.


Вспоминая трагедию Бабьего Яра и склоняясь перед памятью погибших, не забудем и тех, кто позже, во время, которое отнюдь не способствовало гласности, не позволил предать Бабий Яр забвению. Самая известная из таких акций состоялась в 25-ю годовщину трагедии. 29-го сентября 1966 года представители киевской интеллигенции провели в Бабьем Яру многолюдный митинг. В нем приняли участие Иван Дзюба, Виктор Некрасов, другие известные шестидесятники. Интересно, что киевским кинематографистам удалось снять этот митинг на камеру – правда, пленка впоследствии бесследно исчезла…Или она до сих пор хранится в архивах ФСБ?

Я встретился с инициатором той съемки Рафаилом Нахмановичем, который в 60-е годы работал режиссером на киевской студии хроникально-документальных фильмов, и расспросил его о событиях сорокалетней давности.

– Как вы узнали о том, что в Бабьем Яру будет митинг памяти?

– К нам пришла подруга моей жены и рассказала, что молодые еврейские ребята собираются отметить годовщину расстрела в Бабьем Яру. Я на второй день попросил ее связать меня с инициатором этого дела. Их, ребят, было несколько, но главным закоперщиком был один парень… Я о нем еще скажу. Ну, первым делом я пошел к Некрасову Виктору Платоновичу и рассказал ему об этом. Он, конечно, зажегся, поскольку эта тема – того, что делалось Советской властью в Бабьем Яру – очень его волновала. Вы слышали стихотворение Евтушенко «Над Бабьим Яром памятников нет»? Так это Некрасов привез Евтушенко в Киев, повел его туда, и после этого Евтушенко написал это стихотворение, я считаю, одно из лучших у него. Так вот, Некрасов подошел к телефону, который висел у них в квартире на стене – это еще были такие аппараты настенные, и стал звонить в Киев, в Москву, по-моему, даже в Ленинград. И всем говорил: «29-го хочу тебя видеть рядом с собой». С этого началось. После этого он рассказал Дзюбе, рассказал еще ряду украинских поэтов. А 29-го была еще годовщина смерти Грушевского, и поэтому они собирались на могилу на Байковом. И вся эта компания 29-го пришла на Бабий Яр. А потом прямо оттуда поехали на Байковое кладбище и возложили цветы к могиле Грушевского.

– А как вам удалось снять то, что там происходило, на пленку?

– Мы снимали какую-то картину – не помню уже какую, и поэтому у нас была аппаратура, и камера, и машина. И я решил: поедем мы туда и поснимаем. Звукооператора нам взять не разрешили, и мы поехали без него. Мы были там еще накануне и тоже снимали. Возле ворот висел плакат – самодельный, но очень хорошо исполненный: год 1941 – год 1966. Количество жертв – 3 миллиона евреев. Это они посчитали общее количество евреев, которые были уничтожены немцами. Там было человек 25-30, среди них Некрасов. На второй день уже плаката не было, когда мы приехали, но было очень много цветов, которые люди бросали просто на землю, потому что не к чему было их положить.

– А представители «органов» к вам подходили?

– А как же! Оператором был Тимлин, он побежал в толпу и «зацепился», буквально «зацепился» камерой за нашего студийного режиссера Юдина Михаила Михайловича – физически очень крупного человека. И стал его снимать. В это время я уже подошел поближе, и ко мне прибежал тимлинский ассистент и говорит: там спрашивают, кто главный. Я пошел к тем, которые спрашивали. Это были два очень вальяжных молодых человека в штатском обмундировании и они спросили: «Что вы снимаете?» Я сказал: «Снимаем людей на Бабьем Яру». Они попросили мое удостоверение, показали свои удостоверения… Знаете, как у них было принято показывать – они, показывая, открывали на секунду – и закрывали. И убирали. Ну, мне их фамилии не были нужны и не были интересны. Я сказал: «Что, прекратить съемку?» «Нет, снимайте».

– А неприятности какие-то потом были?

– Были. Вечером я написал «телегу» директору студии, положил утром ее на стол. Он внимательно меня послушал, в это время раздался звонок по вертушке. Он сказал: «О, уже интересуются». И в телефон: «А он у меня сидит». Они спросили у него: а что с материалом? Я сказал: «Материал в проявке». Ну а потом, по-моему, через неделю, состоялось заседание Госкино, на котором вкатили по строгому выговору с предупреждением нам с Тимлиным и директору студии.

Мне очень хотелось сказать еще о том парне – инициаторе… Фамилия его Диамант. Эммануил Диамант. Почему я хочу о нем сказать – потому что я считаю, что, извините меня за громкие слова, это неизвестный герой Бабьего Яра. Никто о нем не знает. Потому что – такое время было. Квалифицировалось это на Банковой и на Владимирской как сионистское сборище по поводу событий в Бабьем Яру, что-то такое, вот такая мура собачья.

– А что с ним потом было?

– Он уехал в Израиль.

– А за эту акцию его как-то преследовали?

– А он, понимаете, был никто. Нам можно было вкатить выговор, с работы снять, директора вот за это дело в конце концов сняли. А он – частное лицо. Но у него все равно были свои неприятности – с поступлением в университет, с поступлением в театральный институт… Он закончил физмат заочно и еще какой-то институт очно, поехал на Байконур, работал там в атомном центре, после этого уехал в Израиль, там тоже работал в атомном центре. Потом стал там выступать по поводу того, что он считал, что палестинцев неправильно понимает и трактует израильское правительство… В общем, он все время что-то такое против начальства выступал. Я просто просил бы вас эту фамилию назвать и так и сказать, что о нем, к сожалению, никто не писал и не рассказывал. Я один раз, выступая на каком-то таком еврейском собрании… ну, не собрание, а черт его знает, что это было… сказал о нем – и больше ничего. И мне обидно за него.

С Рафаилом Нахмановичем разговаривал Константин ГЕДЗЬ


Источник: http://maidanua.org/static/mai/1159455143.html

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments